Джаз в 2026 году переживает период парадоксальный и продуктивный. С одной стороны, жанр демонстрирует беспрецедентную художественную экспансию: новые релизы выходят одновременно на независимых и мейджор-лейблах, открываются новые клубы, а молодые артисты собирают аудиторию за пределами традиционной джазовой публики. С другой — экономика живых выступлений остаётся хрупкой, а крупные фестивальные проекты терпят крах из-за логистических и финансовых сложностей. Это состояние можно описать как «расширяющиеся амбиции на фоне жёсткой математики» — фраза, которой JAZZIZ охарактеризовал текущий момент .

Стилистические сдвиги: от миктонональности до афро-исаан-соула

Современный джаз перестал быть единым стилем. В 2026 году отчётливо проявились несколько направлений, каждое из которых развивается по собственной логике.

Микротоновый джаз переживает второе рождение. Традиция, заложенная Джо Манери и его сыном Мэтом, сегодня продолжается в работах Стива Лемана и Хафеза Модирзаде, которые интегрируют спектрализм и персидские лады в джазовую гармонию . Нью-йоркский тромбонист Зеккерея Эль-Магхарбель, египтянин по происхождению, исследует коранические макамы через призму джазовой импровизации . Это музыка, которая требует от слушателя активного вслушивания, но именно она определяет авангардный вектор жанра.

Jazz-pop и его разновидности становятся всё более заметным коммерческим феноменом. Лёуфей и Оливия Дин — имена, которые в 2026 году звучат не только в джазовых плейлистах, но и в мейнстримных чартах. CBC Arts задаётся вопросом: не наступила ли наконец «джазовая эра 2020-х»? Ответ, вероятно, affirmative — но с оговоркой: популярность jazz-pop не обязательно означает рост интереса к более сложным формам джаза.

Афро-исаан-соул — термин, придуманный тайской барабанщицей и продюсером Салин, описывает её попытку соединить традиционную музыку северо-восточного Таиланда с западноафриканской психоделией 1970-х . Это лишь один пример более широкой тенденции: джазовые музыканты активно работают с локальными традициями, создавая гибридные формы, которые не сводятся к привычному «этно-джазу».

Электронно-ориентированный future jazz продолжает развиваться в клубной среде. Британский тромбонист corto.alto выпускает третий альбом Some Small Fortune на Ninja Tune — пятнадцать треков на стыке хип-хопа, электроники и классической музыки . Лондонский саксофонист Venna, сотрудничавший с Burna Boy и Wizkid, доказывает, что джазовая импровизация может органично существовать в контексте афробита и R&B, не теряя своей сути .

Вокальный джаз переживает заметный подъём. Cécile McLorin Salvant, Jazzmeia Horn и Samara Joy — три имени, которые чаще всего называют, когда речь заходит о новом поколении джазовых вокалистов . Они работают с наследием Билли Холидей и Эллы Фицджеральд, но привносят в него театральность, глобальные влияния и гармоническую смелость. Ожидается, что в 2026 году Cécile McLorin Salvant появится в качестве гостя на новом альбоме саксофонистки Мелиссы Альданы Filin .

Сцены: от Лондона до Ханоя

География современного джаза расширяется. Если ещё десять лет назад основные события происходили в Нью-Йорке, Лондоне и Париже, то сегодня значимые сцены формируются в самых неожиданных местах.

Лондон укрепляет статус европейской джазовой столицы. Открытие Blue Note London в Covent Garden 23 сентября 2026 года — событие, которого ждали с осторожным оптимизмом . Роберт Гласпер откроет площадку, за ним выступят Эрика Баду, Джейми Каллум, Нубия Гарсия и Yussef Dayes. Структура клуба — 250 мест в основном зале, 100 мест в B-Side для молодых британских артистов — отражает попытку создать устойчивую экосистему, а не просто концертную площадку . Если модель сработает, она может укрепить гастрольные маршруты между США, Великобританией и континентальной Европой.

Ханой впервые проводит международный джазовый фестиваль. Hanoi Jazztival 2026 (17–19 сентября) — это не просто концерты, а попытка сформировать «вьетнамский джаз» как культурный бренд . Программа включает выставки, семинары, уличный джаз и свинг-танцы. Музыкант Дуонг Кам, музыкальный директор фестиваля, говорит о «ДНК Ханоя»: джаз здесь встречается с традиционной вьетнамской музыкой, болеро и симфоническими влияниями . Американский трубач Дэвид Карлос Вальдес, участник фестиваля, отмечает, что вьетнамские музыканты «играют бибоп искуснее, чем я когда-то» .

Шанхай проводит JZ Festival — крупнейший за свою 22-летнюю историю. С 16 октября по 1 ноября более 100 музыкантов из 20 стран выступят на 13 площадках, включая открытые пространства и Консерваторию Шанхая . Виктор Вутен с семейной группой The Wooten Brothers закроет фестиваль.

Москва и Россия демонстрируют рост интереса к джазу на 17% по сравнению с 2025 годом, согласно исследованию Kion Music . Самые популярные артисты — Луи Армстронг, Чет Бейкер и Фрэнк Синатра. Игорь Бутман отмечает две тенденции: рост этнических влияний и исполнение джаза на русском языке . Летний джазовый фестиваль в Кабардинке (июль–август) делает акцент на разнообразии традиций — от новоорлеанского джаза до пост-джаза и этно-фьюжна .

Лос-Анджелес, напротив, демонстрирует fragility джазовой инфраструктуры. Первый LA Jazz Festival, рассчитанный на 17 дней и 250 000 зрителей, был отложен до 2027 года из-за непредвиденных расходов на общественную безопасность и муниципальные сборы . Это напоминание о том, что художественная экспансия не всегда подкреплена экономической устойчивостью.

Имена: поколение 2026

Лейбл Blue Note продолжает играть роль куратора современного джаза. Мелисса Альдана, чилийская саксофонистка, выпускает Filin — альбом кавер-версий латиноамериканских стандартов с участием кубинского пианиста Гонсало Рубакальбы . Это «возвращение к корням», которое может стать ещё одним шедевром в её дискографии.

Джазовые супергруппы возвращаются. Dinner Party — проект Terrace Martin, Robert Glasper, Kamasi Washington и 9th Wonder — выпускает первый полноформатный альбом Watchu Bringing? на независимом лейбле Empire . Знаменательно, что маркиз-ансамбль использует независимую инфраструктуру для достижения широкой аудитории, не позиционируя музыку как «традиционный джазовый продукт».

Молодые европейские артисты привлекают внимание. Леви Харви, 23-летний франко-британский пианист, получил первый приз на конкурсе Chorus Lausanne и вошёл в программу Talents Adami Jazz. Его трио с контрабасистом Сирилем Драпе и барабанщиком Пьером-Эденом Гийбо выпускает дебютный альбом Bloom, в котором слышны влияния Маккоя Тайнера и Кита Джарретта, но также Роберта Гласпера и Аарона Паркса .

Алехандра Борзик, испано-бельгийская саксофонистка, с квартетом Bodies выпускает Quiero Amor — «эстетический и политический манифест», в котором пост-джаз, авангардная электроника и хардкор-панк сплавляются в музыку «жестокую, сырую и решительно гибридную» .

Бенуа Дельбек, французский пианист, отмечающий 60-летие, анонсирует сразу несколько релизов: дуэт с певицей Клаудией Солаль, серию EP с Pendulum Trio, сольный альбом Polyvitesse, дуэт с Фредом Хершем и другие . Это случай, когда зрелый артист, долго остававшийся «секретным», выходит на первый план.

Джазовый авангард не остаётся в стороне. Wadada Leo Smith выпускает Constellations and Hemispheres — альбом, вдохновлённый квантовой физикой и параллельными вселенными, с участием Сильви Курвуазье, Маркуса Гилмора, Билла Ласвелла и Мелвина Гиббса . Музыка варьируется от сдержанных трио-декламаций до 22-минутных октетных полотен, исследующих тембр и атмосферу с «серьёзными намерениями и исключительной универсальностью».

Что это значит

Джаз в 2026 году — это не один жанр, а множество параллельных миров. Микротоновый авангард соседствует с jazz-pop, клубный future jazz — с вокальной традицией, лондонский клуб — с ханойским фестивалем. Общая тенденция — децентрализация: джаз больше не принадлежит Нью-Йорку или даже США. Он принадлежит тем, кто его играет, и география этой игры расширяется.

Другая тенденция — институциональная хрупкость. Художественная энергия высока, но экономическая база остаётся уязвимой. Blue Note London — это ставка на то, что джаз может быть устойчивым бизнесом. LA Jazz Festival — напоминание о том, что может пойти не так.

И, наконец, поколенческий сдвиг. Артисты, определяющие звук 2026 года — Леви Харви, Салин, corto.alto, Venna — родились в конце 1990-х и начале 2000-х. Они выросли на хип-хопе и электронной музыке не меньше, чем на джазе. Их музыка не «сохраняет» джаз — она его расширяет.

Пожалуйста, оцените

(Голосов нет. Станьте первым!)

Загрузка...